Кто не может укусить, тот очень громко гавкает

Кто не может укусить, тот очень громко гавкает

Запугивающие репортажи о якобы задержанных радикалах — признак близкого паралича карательной системы.

В последнее время в госСМИ прошли несколько сюжетов о протестующих, которые, сговорившись в телеграм-каналах, решили испортить имущество сотрудникам милиции, либо напасть на них самих. Но благодаря слаженным-профессиональным блаблабла действиям стражей правопорядка, эти покушения на преступление были пресечены.

Апофезом можно назвать клоунский репортаж о якобы задержанных лидчанах, которые хотели что-то сжигать, но сотрудники ГУБОПиК предотвратили их действия. Пугливый каратель спиной к камере рассказал про якобы «уязвимости» телеграма, которые позволяют всех деанонить а также о том, что каждый чатик у них под контролем.

Конечно, эти репортажи рассчитаны не на зрителей БТ, а на нас с вами. Чтобы мы смотрели, боялись, деморализовались, не доверяли друг другу и подозревали мента в каждом товарище и соседе. И есть все основания считать, что как минимум часть из таких сюжетов — постановка. Замазанные лица «преступников», коктейли молотова в пластиковых бутылках, милицейские формулировки в извинениях...

Частота таких репортажей, однако, говорит нам о двух вещах.

Во-первых, оккупанты чрезвычайно боятся акций возмездия со стороны разгневанного населения. Это не значит, что они не боятся мирных протестов. Но всё же страх перед отпором настолько сильный, что на первом этапе радикализации каратели изо всех сил пытались отрицать очевидное: якобы это всё неправда, никто их машины не сжигает и листовки с фотографиями у подъездов не развешивает. Сейчас масштаб отпора приобрел такой размах, что отрицать это стало невозможно и приходится признавать — да, сопротивление идёт, но тут же нужно добавить: мы всё обо всех знаем и накажем каждого!

Во-вторых, система испытывает дефицит ресурсов. Сейчас каратели работают на износ, этому есть множество подтверждений. По данным BySOL, с начала протестов уволилось более 1 тыс. слабовиков (и это только те, кто обратился за помощью). На остальных легла круглосуточная нагрузка по борьбе с революцией. По моей информации, ЦИП на Окрестина перестал принимать неполитических заключенных (домашних дебоширов, хулиганов и т. п.), обыски проводят некие люди, представляющиеся «исполняющими обязанности» следователей и не показывающие документы (курсанты академии МВД? Инспектора ГАИ?). Полковников ГУБОПиК используют в качестве ППСников. Это что-то да значит.

На этом фоне на тех, кто остался на службе усиливается давление. В таких условиях, когда не можешь погасить все очаги сопротивления, остаётся по максимуму запугивать, угрожая «найти каждого». Когда не можешь укусить, нужно хотя бы гавкать, чтобы продолжать казаться грозным и страшным. Это блеф, как последний инструмент отчаяния.

Если бы всё действительно было под контролем, не было бы нужды в таких репортажах

При этом не стоит отрицать, что, конечно, работа карателями ведётся. Менты действительно сидят в чатиках и могут делать провокации против радикалов. Для противодействия этому нужно использовать всё те же инструменты:

а) Соблюдаем правила безопасности. Обратите особое внимание на удаление возможности поиска вашего контакта по номеру. Это один из частых способов деанона.

б) Действуем только с проверенными людьми. С теми, кому вы доверяете и знакомы лично. Выстраивайте горизонтальные связи, старайтесь больше видеться и общаться в неформальной обстановке: на дворовых встречах, концертах, тусовках. Сейчас каратели ставят быстрые цели: найти и устранить радикалов, поэтому у них не будет времени на втирание в доверие и долгосрочное внедрение в горизонтальные структуры. Смело общайтесь друг с другом и будете видеть, кто есть кто.

в) Если не уверены в своей готовности радикализоваться — не стоит этого делать. Лучше не сделать радикальную акцию, чем сделать, извиниться на камеру и сесть в тюрьму.

Наша победа неизбежна. Храните веру и терпение.