Выбора с кем вести переговоры особо нет

Выбора с кем вести переговоры особо нет

10 августа Тихановская не была воспринимаема в сознании российского истеблишмента как прозападный политик (вряд ли её вообще воспринимали как политика). Сегодня она воспринимается именно так, несмотря на благосклонную к России риторику. Потому что встречи, контакты, договорённости с западными институтами на фоне нуля публичной дипломатии на восточном направлении весят больше чем риторика.

У этой ситуации есть две причины - поведение России и поведение команды Тихановской.

После стихийных выступлений и принятия решения о ситуативной поддержке Лукашенко в августе, Кремль отрезал от себя возможность сближаться с Тихановской публично на тот момент. К тому же было совсем непонятно, будет ли она продолжать активную политическую карьеру. Команда Светланы пошла по самому очевидному пути - пути "обхода" западных лидеров и достигла неплохих результатов на этом направлении.

Но тем самым вопрос прямых отношений с Россией так и не решился. Вместо этого была построена сложная конструкция коммуникации через западных лидеров. С этими лидерами общаться довольно легко, т.к. разговор строится на общей ценностной почве. Демократия, отсутствие насилия, права человека, рыночные реформы - не нужно убеждать Запад в полезности этих вещей. Западу это интересно и выгодно, Запад понимает такую модель и умеет с такими моделями работать. Поэтому поток контактов высокого уровня потёк органически довольно легко.

Проблема в том, что с Россией общая ценностная база если и есть, то она совершенно другая и совершенно не приоритет номер один. И с таким же подходом, каким пошли встречи на Западе, с Россией работать не получится. Яркий пример - попытка вояжа членов КС Богрецова и Родненкова в Москву в октябре и встреча политолога Минченко с ними. Судя по отзывам по поездке от ребят, они вернулись обескураженными с полным непониманием как работать в той среде. Помимо прочего, Россия это страна где непубличная политика важнее чем публичная, а значит огромное значение имеет через кого проводятся заходы, кто именно ведёт диалог. Это визатийщина, это непросто.

В этом плане ожидание, что на емэйл Тихановской упадёт предложение от Путина встретиться, выглядит довольно наивным. И публичное воззвание к встрече с ним - это тоже сигнал о слабом понимании видения Путиным своей роли в истории. Откликнуться на публичный призыв домохозяйки - это для него унизительно в принципе. Ответом на это естественным образом было публично сказано Путиным, затем Лавровым примерно следующее: "вы там сидите из-за границы под крылом Запада, с вами мы говорить не будем и как представителей общества мы вас не воспринимаем", если перевести с дипломатического языка на человеческий.

Это непростая ситуация, возникла во многом потому что люди, завязанные на Россию в среде гражданского общества считались во многом токсичными. Тому же Бабарико прозападный электорат знатно перемыл кости в ходе кампании, обвиняя его в том что он агент Кремля. С другой стороны Россия сама довольно поздно стала осознавать что договороспособных субъектов, которые могут представлять оппозицию Лукашенко в общем-то не очень много, и сам Лукашенко выдавливает их за границу, компрометирует или сажает. В результате выбора с кем вести переговоры особо нет.