Про сроки и ответственность

Про сроки и ответственность

Ребенок, привет.

Вот мы и услышали эти роковые слова. Я, конечно, имею в виду вчерашнее обещание Лукашенко про новую конституцию до конца года. Ты же помнишь, как он говорил, что с новой конституцией президентом уже работать не будет?

И нет, нет, нет. Мы не будем сейчас переживать по поводу того, что «до конца года» это очень долго. И тем более из-за того, что конституция, которую он себе нарисует, будет неправильной. Ясное дело, что его конституция нам не понравится. Что тут вообще обсуждать-то?

На самом деле, ни сроки, которые он назвал, ни статьи конституции, которые они придумают, никакого значения вообще не имеют. Они там себе что хотят могут придумать. Ни до какой их новой конституции дело все равно не дойдет.

Значение имеет только то, что срок назван. Потому что он же сейчас не сроки конституционной реформы назвал. Он же, фактически, сказал всем доблестным бойцам со снеговиками, всем своим судьям и креативным идеологам: «Ребята, спасибо за службу. Вы красауцы, красауцы. Вы мне ешчо нямнога послужите, а дальше уже будете как-нибудь там сами. Без меня уже».

Знать, что Лукашенко когда-нибудь уйдет, и знать, когда он уйдет – это ведь две очень большие разницы. Потому что слова «все, кто совершал преступления против народа, когда-нибудь понесут наказание» – так себе мотивация. «Когда-нибудь» – это как-то очень долго. До «когда-нибудь» еще дожить надо. «Когда-нибудь» еще когда наступит, а вождь, если не будешь стараться, может по голове настучать уже завтра.

Но, знаешь, совсем другое дело стараться ради вождя, который все равно собирается уходить и уже даже определил сроки своего ухода. Потому что сегодня ты давил народ ради Лукашенко, а завтра приходит новый начальник и говорит: «А я вообще тут не при делах. Ты давил – ты с народом и разбирайся». И как быть людям, у которых горизонт жизненного планирования чуть больше года? Вот это субботнее обращение Павла Латушко к делегатам съезда о том, что они могут стать соучастниками преступления, оно же теперь по-другому уже звучит. Оно же заиграло совсем новыми красками.

И власти это прекрасно понимают. Ну, не зря же Лукашенко так долго тянул с объявлением сроков. В воскресенье вообще до смешного дошло. Государственным медиа потребовалось полдня, чтобы выдавить что-то про сроки реформы и то, замаскировав все это шпицем с блинами. Как дети, честное слово. Думают, что, если они про это не будут говорить, так никто об этом и не узнает.

Кстати, по поводу сроков. Не уверен, помнишь ли ты, в конце ноября я тебе говорил, что срок, который он назовет – год, два или три — это будет такая начальная ставка в торговле. Говоришь максимум, чтобы получить хоть что-нибудь. Я, вообще-то, думал, что он начнет все-таки лет с трех. Но, видимо, припекло слишком сильно.

Конечно, людям, которые служат вождю, потребуется некоторое время на осознание простой истины про «дальше вы уже как-нибудь сами». Одним больше, другим меньше. А у многих там, я подозреваю, горизонт личного планирования на такие длинные сроки, как год вообще не распространяется.

Тем более, что власти попытаются утопить эту истину в белом шуме, а Лукашенко еще десять раз попробует все переиграть. Мы услышим про сложности конституционного строительства, новые выборы и разнообразные вариации на тему последнего омоновца. Он будет делать вид, что ничего такого не говорил, или сказал, но забыл. Но, знаешь что? Найдется же кому напомнить. Главное, что слова сказаны, и через некоторое время мы увидим, как злая магия начинает рассеиваться.

P.S Хотя, если подумать, на самом деле она начала рассеиваться после того, как соколы сбросили крысу на ступеньки дома правительства в день отказа в регистрации Бабарико и Цепкало.