Так ведь это всё и так уже происходит

Так ведь это всё и так уже происходит

Мы пока ни увидели ни одной русской или белорусской аналитики, которая раскрывала бы главный замысел минских протестов против интеграции.

Про козырь для Лукашенко в переговорах говорили многие. С одной стороны, это позитивный сдвиг, так как националисты уже частично воспринимаются как инструмент белорусских властей, а не оппозиция им. С другой стороны, это следовало понимать ещё в 2015, а с тех пор процессы ушли гораздо дальше.

Главный замысел протестов это сказать Москве: эта пара сотен человек это и есть актив националистов, это и есть враги России в Беларуси.

Именно поэтому лидер протестов это списанный и неактуальный Северинец, ветеран оппозиционных сил. У него нет ни политического, ни медийного капитала. Его легко можно будет показательно задержать, чтобы дать России картинку, если переговоры будут идти особенно плохо. На Западе не будет против, в Беларуси они работают с людьми совершенно иного уровня. Картинка уже выстраивается: белорусский ОМОН стоит между протестующими и российским посольством. Суть послания: против России и русского языка в РБ борются лишь немногочисленные маргиналы, белорусское государство пока ещё союзник России, его надо поддержать.

Пальчис, представитель нового, системного крыла националистов, недолго был на первом дне протестов, не в качестве лидера или организатора, а на второй день и вовсе не пришёл.

Мотолько, один из главных узловиков западной сети, спокойно укатил в Вильнюс. Ему нечего делать на таких сборищах.

Националисты из экспертно-медийной среды вроде Шрайбмана и Прейгермана и вовсе дистанцируются от акции, холодно, как бы с некоторой брезгливостью отмечая её значение для суверенитета.

К слову, эти двое регулярно ездят в Россию, где в числе прочего говорят, что белорусизация это мифическое, несущественное явление, к которому государство не имеет никакого отношения. На западных конференциях они говорят ровно противоположное, что довольно легко проверить. Но никто в ведомствах этим не озабочен, как и внесением их в список невъездных в Россию.

Главный замысел протестов это спрятать системный белорусский национализм за жупелом оппозиционного, маргинального национализма, чтобы в России за деревьями не увидели леса.

Ведь реальные дерусификация и многовекторность куются не оппозиционных акциях. Антирусские планы принимаются и реализовываются в правительственных кабинетах, офисах НГО, на конференциях Минского диалога и в переговорах с западными аналитиками.

Этот национализм не выпячивают, а наоборот прячут. За разговоры об исчезновении русского языка в Беларуси можно поплатиться свободой, документы про возвращение бело-красно-белого флага через орнамент и вышиванку не попадают в Россию, а посольство и даже разведка занижают масштабы сети националистов.

Туда российский обыватель и чиновник смотреть не должен. Он должен смотреть на беснующуюся с яркими флагами толпу, пока в Беларуси тихо, незаметно в кабинетах прописываются агенты влияния Запада, а русский язык пропадает из контролируемых государством сфер.

Патриот скажет, что российские ведомства невозможно столь легко обмануть, там безусловно работают профессионалы своего дела, которым приносят сводки бдительные разведчики.

А нет, оказывается, можно.

Переговоры провалили просто потому, что Лукашенко потребовал (i) возможность реэкспорта нефти и газа (читай: Украине) и участия в эмиссии союзной валюты (рос. рубля). Ожидаемый срыв переговоров, который предсказывали все. Лукашенко не послали, как обещали, а назначили встречу на 20, эту дату Лукашенко требовал ещё в Баку. Хотя режим в РБ давно пора менять на лояльный и громить западную сеть.

Такое ощущение, что в России вообще нет специалистов по политике, гуманитарной сфере и западным структурам влияния. Только по финансовым потокам.

На переговорах Россия вообще не понимает тему политической лояльности и гуманитарной сферы. Слив, которого не ожидал даже я. Требований по сворачиванию белорусизации нет. По русскому языку речь идёт о «гарантиях сохранения и свободного использования».

Такое ощущение, что от России это принимали люди, которые никогда не были в РБ. По сути это «добро» для Лукашенко на дерусификацию по образцу Украины. Он с радостью «сохранит» русский язык в русскоязычной стране. В отдельных сферах, строго дозированно. «Свободное использование» тоже будет как на Украине: «между собой вам никто не запрещает общаться на русском».

Нет ни требований по прекращению многовекторности: тут постарался дуэт Макея и Лаврова с их пустой «программой согласованной внешней политики». Беларусь голосует за некоторые побочные российские резолюции, а в остальном делает что хочет. Нет требований по сворачиванию западной сети белорусизаторов — системных белорусских националистов. Есть лишь меры по «совместному противодействию экстремизму». Спецслужбы Лукашенко вытащат несколько провокаторов и арестуют их, как было с Белым легионом, а настоящие националисты продолжат работу. Именно для такого и нужны прошедшие в Минске выступления.

Шоу подхватили все российские медиа, которые с 2014 молчат про рост национализма в РБ. Именно поэтому белорусизация и мягкая. Реакция на громкий митинг есть, а на тихое и постепенное исчезновение русского языка — нет. Архитекторы мягкой белорусизации получили подтверждение работоспособности их стратегии. Максимально тихий ежедневный рост национализма системного, рукопожатного, и максимально громкие и редкие акции национализма оппозиционного, маргинального. Россия в их логике «выберет меньшее зло».

Ведь если сказать «А» — «проблема не в Северинце и «змагарах», а в вытеснении русского режимом, прозападных НГО, Минском диалоге и МИД РБ»; то сразу же придётся сказать и «Б» — они действуют не сами, а по указанию Лукашенко. А вот это сказать наверху не могут. Не хотят и боятся.

Ведь если не поддержать Лукашенко, то оппозиционные националисты придут к власти и тогда.. а тогда что?

Русский язык пропадёт из гос. сектора, навигации и топонимики, начнёт вытесняться из образования, в кабинеты войдут националисты и начнут задавать повестку, история будет с акцентом на ВКЛ и РП, начнёт внедряться латинка, тон в медиа будет сугубо антирусский, а недовольных будут сажать?

Так ведь это всё и так уже происходит.